О чем идет речь? Чем это интересно? Добавьте описание, чтобы привлечь внимание аудитории...

«Сила искусства - в его способности удивлять и тревожить. Даже если произведение искусства кажется подражающим жизни, оно не столько дублирует знакомый вам мир, сколько заменяет его собственной реальностью. Задача искусства, помимо снабжения человечества красотой, - уничтожение банального; сначала сетчатка глаза обрабатывает информацию, а затем щелкает переключатель и создает альтернативный, драматизированный образ. То, мы знаем и помним о закатах солнца или подсолнухах, и тот вид, какой они принимают на картинах Тёрнера или Ван Гога, существуют в параллельных мирах, и еще неизвестно, какой из них живее и реальнее. Искусство словно перенастраивает наше чувственное восприятие, и иногда мы получаем такой мощный энергетический импульс, что нас основательно встряхивает».
Саймон Шама. «Сила Искусства»
Серия «Живые натюрморты» Ольги ПОЖАР является логическим продолжением серии «Период», представленной ранее в нашей галерее. 
Мир природы – мир искусства.
Естественное – искусственное. 
Живое – мертвое. 
Между этими полюсами разворачивается эстетическая программа автора. 
Мир природы и мир искусства соединены множеством сюжетов явных и сокрытых. Мир природы - бесконечно емок, полон, разнообразен. Он оглушает, вдохновляет, оказывает воздействие на нашу физиологию, меняет наш гормональный фон, Похожее воздействие оказывает искусство великих мастеров. В своих работах автору удается добиться максимальной концентрации красоты, наполненности эстетической материи, работы Ольги Пожар интригуют, возбуждают, облучают и заражают зрителя энергией жизни.

Андрея Пичахчи представлять харьковской публике не надо - один из членов прогремевшего в 90е творческого объединения "Литера А", он давно известен в художественных кругах наполненной метасмыслами живописью, литературно-философскими текстами и... умением создавать интригу.
В этот раз это цикл выставок под условным названием

"ЦИКЛОПОВЫСТАВКИ" ( Реальность, как присутствие наблюдателя).

Приглашаем на первый сезон ТРИЛОГИИ


1. "ЦВЕТОКОЛЛЕКТОР" 31.10.2017.
Цвет - измеритель пространства воспринимающего сознания
(наблюдателя). 

2. Интерьер студии в Kunstlerdorf Schoppingen с временным наблюдателем в центре координат. (следите за рекламой)


3. Дороги движения недвижимого наблюдателя. (следите за рекламой)

Возможное дополнение, приквел (prequel):
Берега снов и тёмная материя сознания.

Ждем Вас!

Андрей Корнев‎ в ПроАРТ общественное издание

11 октября · 

Среди событий недели открытием во всех смыслах стало открытие мемориальной выставки художника Владимира Шапошникова в галерее АС. Его «сакральный» цикл отмечен мощью и глубиной настоящего художника. Подробности в следующем номере ПроАРТ. А пока по свежим ощущениям «впечатленческое»:

Гроздья Христовы дали вино.
Грозно ощерились цербера пасти.
Где есть спасение. Где наше дно.
Страсти Христовы. Страсти.

Пьяно и пряно винное дно
Тянет в пространство упасти.
Так и стоим, и качаемся, но
Падают только власти.

Мы же пребудем. Царство пьяно,
Вдосталь вкусивши сласти
Грона Христового. И все равно
Где нам расправить снасти.

10 октября 2017

Всё есть яд и всё есть лекарство; тем или иным его делает только доза
/Парацельс/

Устройство мира порой настолько запутанно и непрозрачно, что мы вынуждены опираться в своих суждениях и мыслях на определенные внешние ориентиры, устоявшиеся правила. И написанное слово издавна было одним из подобных источников авторитета, которые не просто фиксировали, но, впоследствии, и диктовали нормы в религии, социуме, общении. С самого детства в нас взращивали практически безоговорочное доверие и уважение к книгам. Это особенно актуально в контексте европейской цивилизации, ведь она сформировалась на основе христианской культуры, для которой ключевым элементом является Текст - Библия. Неслучайно именно монахи были переписчиками и хранителями манускриптов, доступ к которым был крайне ограничен, отчего Книга приобрела ауру элитарности и загадочности. Но как изменилась ситуация сегодня, когда информация открыта буквально для всех? Именно об этом размышляет Вадим Колтун в своей серии “Яд Противоядия”.

В век, когда каждый может не просто достать практически любую когда-либо написанную вещь, но при желании издать и свою, произошла девальвация Книги. Французский философ 18 века Гельвеций как-то сказал: “Среди книг, как и среди людей, можно попасть в хорошее и в дурное общество”. И в нынешнее время, как считает Вадим, это особенно остро чувствуется: критическое количество аматоров и псевдо-гуру, по сути, лишили Книгу привилегии на правду и превратили её из источника знания в ещё одно проявление массовой культуры. Эти наблюдения невольно заставляют задуматься - как отличить ту грань, где Противоядие от невежества становится Ядом? 

Хотя сама формулировка проблемы с акцентом на социальном аспекте располагает к приемам contemporary art, Вадим остается в рамках традиционной живописи и графики. И дело здесь не только в привычности их техник: синтезируя в своих работах опыт монументалиста, язык православной иконописи и живописи Северного Возрождения и христианские образы, Вадим достигает необходимого уровня патетики, который подчеркивает ироничность и, одновременно, серьезность авторского видения темы. Через узнаваемый символы, ёмкие сюжеты мастер показывает, как мы сами возводим какие-то вещи / мысли в абсолют, и сами же теряем веру в них. И единственный способ избежать горького разочарования, единственное противоядие, доступное нам - Осознанность. 
 

Александра Осадчая, искусствовед

Андрей Корнев‎ в ACgallery Kharkiv

30 июня · 

Лето в АС

Игра букв, игра смыслов: лето в АС…лето вас….лето в вас… И все это - начало лета в галерее АС. Как обычно, это слегка «ловушка». Концепт данной галереи не позволяет слишком расслабляться для получения удовольствия, здесь предпочитают удовольствие иного рода, когда интеллект никуда не денешь, хотя чувства не отменяются. Именно такого рода выставки вводят нас, их, вас в лето АС.
Андрей Корнев
Вот, скажем, «Море» от Алексея Борисова. Волны, мини, бикини, белый пароход? Нет. Наборы цветных квадратов и прямоугольников, вздыбленное пространство и умиротворяющая горизонталь. Это море не для шезлонгов и купальных шапочек, оно дикое, как бухты, оккупированные нудистами, как последние островки свободы. Это море для путешественников, возможно в солнцезащитных, но не «розовых» очках. Сквозь затененные стекла яркость уступает место вдумчивости или медитативности. Такова цветная геометрия полотен Борисова. И, конечно же, это мозаика состояний. Позволю себе самоцитирование, поскольку тоже не раз пытался нарисовать эту картину, например, на берегу у развалин древнего города.

Мозаика

Море. Кусок бутылки.
Ржавый осколок. Небо.
Средневековая черепица.
Зелень бронзы – монета?
Серый камень на желтом.
Желтый камень в зеленом.
Море. Море. Червонный
Солнца диск. Снова серый
камень, отсвечивает красным.
Бумажки, окурки, банки,
дерьмо засохшее. Небо
в полосах: синих, белых,
черных. Розовых бликах.
Черно-белые пятна чаек,
катеров, пароходов, яхт. 
Люди не в счет, 
скорее на вычет.
Море, камни и небо.
Стоп! Голова кружится.
Мозаика Херсонеса.

Кажется, созвучие найдено. Но на полотнах Борисова есть еще темные силуэты. Одни из них загадочны и печальны, сквозь них колышутся волны космоса. Другие, как черные кляксы в касках. Это чернота иного рода, черная дыра, пожирающая все вокруг под видом «вежливых человечков». Море вечно, когда-нибудь оно смоет и эти кляксы. Когда-нибудь…..

Андрей Корнев‎ 

5 мая · 

Страшная красота

«Красота – это страшная сила», то ли утверждал, то ли ерничал Борис Гребенщиков в одной из своих автобиографических песен. Бывает и так, но бывает ли «страшная красота» и что скрывается под этим «простонародным» определением. Для «простецов» – это нечто, лежащее на грани их чувственного восприятия мира, а для «интеллектуалов» – эстетика безобразного. И не случайно оба определения зрителей оказываются в кавычках, в современном мире они часто пересекаются, особенно в восприятии современного же искусства.
  Фигура Алексея Есюнина также находится на пересечении этих линий. С одной стороны, сюжеты многих его работ можно считать «злободневными», «вышедшими из народа», а вот стилистика…. Не в ней ли таится «страшная красота» есюнинского творчества. Она то дробится то склеивается, то пробивает филоновскими космическими разломами, то приближается к дальневосточному минимализму. 
На моновыставке Есюнина в галерее «АС» также фактически две зоны восприятия. Одна – это графика в авторской технике коллажа, вторая – живописные работы. Кое-где графические экзерсисы разрабатываются в живописи, но при этом вполне самодостаточны. Графика Есюнина завораживает. Путем наложения коллажных плоскостей возникает объем и глубина, путем наложения смыслов возникают аллюзии, философия бытия, а не быта. Черно-белые работы начинаешь воспринимать, как полихром, из-за их «многосмысленности», как бывает, кстати, с дальневосточной гравюрой и каллиграфией. 
С живописью несколько сложнее. На уровне эмоций она бьет сильнее, в чем-то агрессивнее, но возможно именно повышенная экспрессия в отдельных случаях начинает давить, мешать целостному восприятию. «Чистота» есюнинской графики вступает противоречие с цветом, его живопись визуально перегружает и композицию и зрителя. 

Зато помогает подойти еще раз к тезису о «страшной красоте». В случае с работами Алексея Есюнина это баланс между экспрессией и тонкостью исполнения, гармонией линии и пятна. Так перед битвой застывают в самосозерцании мастера меча, чтобы дзен вдруг взорвался бешенной и одновременно выверенной силой удара.  

Эскизы росписи по левкасу для ресторана "Старе місто", Харьков, 1974-75 гг . Евгения Джолос-Соловьева и работы Жаннеты Соловьевой (авт. техника с использованием воска)

Пространство смыслов. Проарт №40.  А.Корнев
 

В конце января галерея современного искусства «АС» презентовала ретроспективную выставку работ Павла Брозголя (1933 — 2004) «Красный диван». Представленные работы демонстрируют разноплановость творчества художника, а главное дают понять, что его интересовал не только мир неодушевленных предметов, но и живая натура, человеческие качества. Гудзиенко Людмила Выставку посещают разные люди, не все из них — искушенные зрители. Разница в восприятии фор- мирует новый образ произведений, живущих своей жизнью, после того, как автор отпустил их в мир. Этот многогранный образ созвучен принципам кубизма, который стремится показать предмет с разных сторон, разлагает, анализирует его, создавая при этом нечто новое. Написанные в живописной манере произведения отличаются мастерской игрой светотени, разнообразием ракурсов, сложной компо- зицией и внутренним равновесием. Центральная работа выставки — «Красный диван» — отсылает нас к творчеству Роберта Фалька, в частности к его произведению «Красная мебель». В отличии от Фалька, Павел Брозголь лишает свое произведение замкнутости и ка- мерности, благодаря удачному кадрированию изображение как бы выходит за рамки картины, где черпает свое жизнеутверждающее начало. Ощущение присутствия в интерьере человека подкрепляется натюрмортом, изображенном на первом плане композиции — открытой книгой, надпитым бокалом вина. Художник не ограничивает фантазию зрителя установленными канонами прекрасного, он каждому дает возможность увидеть и почувствовать что-то свое. Несмотря на то, что представленные работы Павла Брозголя были написаны не менее четверти века назад, они обладают той свободой мышления и передачи образов, которая полностью вписывает их в концепцию современного искусства.  

​

​

​